Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48564
Книг: 121250
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «По воле тирана»

    
размер шрифта:AAA

Марина Бишоп
По воле тирана

ПРОЛОГ


За горой Фуена, на самом пике мироздания, окутанным непроглядным туманом восседает Кутаро с супругой своей Лантаной.
Вечные и невидимые мыслители мира, непостижимые самим себе.
Страстью своей разожгли они огонь, и чтобы не пропасть пламени, послали они его на твердую почву к подножию гор. Расплавил огонь землю твердую, и потекли реки ее, разлились на просторы бесконечные. Вырвался стон из прекрасных уст Богини и упал на землю, окоченевшую от воды холодной, что Кутаро выплеснул во чрево супруги своей. Обернулся стон в ветер, порыв его собрал воды в океаны бушующие да моря соленые.
Плодом любви их стал Нурос, выросший так быстро, что не хватало места ему на холме. Лик его был ужасен, а характер скверен. Порешили родители скрыть дитя уродливое с глаз своих и заточили под землю твердую, чтобы не напоминал он больше о разрушениях, учиненных из-за размера тела своего в саду священном.
Заревело чадо, заголосило что было мочи, узрев родителей наверху глазом единственным. Стало пробираться к свету чистому, да только сил хватило на воронку узкую. Запричитала Лантана, сокрушаясь о решении скороспелом, но не позволил Кутаро взять дитя обратно. Заслонил свет он солнечный плащом иссиня-черным, заволок небо прозрачное - и настала ночь. Смолкли крики чада, тьмой убаюканного, но не желала мать горемычная лишить света радостного ребенка своего и оттолкнула жестокосердного супруга, отзываясь на глас чада печального - и вернулся свет, настало утро.
Рассерчал на жену свою своевольную Кутаро, ударил дланью тяжелой - и грянул гром, встряхнул за плечи Лантану, так что слезы брызнули из глаз ее - и пошел дождь. Вдруг испустило дитя вопль громкий, извергло дыхание, уменьшилось тело его в размере. Пригорюнился Кутаро, понял ошибку свою. Встретил он дыхание сына своего и разделил на частей тысячи, отдал камням серым, творениям своим бездушным.
Отвернулась Лантана от супруга ненавистного и возлегла на ложе одна, отвергая мужнины ласки. Замерзла любовь между супружниками, окоченела - и пошел снег. Затихло дитя, притаилось, задумало дело недоброе супротив родителей незаслуженных, провалилось под землю так глубоко, что не видать было его боле с холма высокого. Посмотрел Кутаро на супругу опечаленную и дал плоть камню с земли поднятому, бессмертным духом наполненному, наделил чертами супруги своей. Посулил он дитем наградить терпение ее безграничное.
Полюбился дар Лантане от супруга провинившегося, завидев копию свою мелкотравчатую да заслышав слова его сладкогласные. Впустила она Кутаро в русло свое, утешила страсть бушующую и одарила после камнем твердым с дыханием чада сгинувшего, копией супруга своего.
Бросили супруги камни на землю, дабы утратить память о горестях и воротились на ложе вечное, принялись за ласки безмерные... Забыли Боги о зерне посаженном, камнях откинутых, опустили глаз на землю и подивились: копии их размножились, расплодились, поделили частицы духа бессмертного. Отдалился Кутаро от супруги своей, чтоб разглядеть камни самовольные, и не смог расстаться с духами земными, плотью обросшими. Остыла страсть раскаленная, услыхала шепот неведомый, вспомнила Лантана сына своего поверженного и разозлилась пуще прежнего на супруга черствого.
Но не заметил Кутаро нрава изменчивого у супруги своей, увлекся творениями разночинными. Подивился формам причудливым да улыбнулся радугой многоцветной. Пообещал присматривать за ними да запрет наложил, "да не впитали бы частицу души негодующей супруги его Лантаны".
Вернулся Кутаро к другу покинутому, да не узнал любовницу страстную, узрел глаза печальные, густым туманом заволоченные. Покинул он детей своих новорожденных, отдалился. Прижал тело супруги к себе равнодушной, согревая сущностью вечной. И вернулась Лантана к нему, прильнула к телу горячему, тайком вниз глядя на чадо брошенное.


ГЛАВА 1. Красный изумруд дома Растус Гиа


- Кнут! Быстро!
Ульф ухватил подкинутое в воздух орудие наказания с несвойственной для его возраста проворностью. Воронка из песка взмыла вверх, когда кнут разбудил дремавшую землю вокруг столба позора. Кушины расступились, нехотя пропуская хозяина вперед, словно оттягивая момент наказания.
Никто не посмел проронить ни звука, молчаливое роптание собравшейся толпы повисло в большом дворе, нагнетая напряжение. Обычно кушины были бы рады небольшой передышке, но только не в этот раз. Каждый из них знал свою роль в расправе над хозяйкой. Так было и всего несколько недель назад - у многих обитателей замка кровавая картина до сих пор стояла перед глазами.
Солнце нещадно палило, наполняя остатки живого кислорода удушливыми парами с подземных галерей, приносящимися сюда ветром. Толпа жадно глотала воздух, обмахиваясь небольшими листьями опуха. Никому не позволено сойти с места, никто не мог покинуть двор до окончания акта послушания.
Хозяин расстегнул кожаные ремни, перекрещенные на груди, соединенные большим металлическим кольцом и сбросил их на землю, освободив себя от последней помехи, сковывающей его движения. Он расправил огромные крылья за спиной, вытягивая каждое серое перо, как остроконечные пики, вверх.
Змейка черного кнута послушно волочилась за ним, шуршанием выдавая нетерпение, словно потирая чешуйки в ожидании живой плоти.
Столб, вонзенный в землю, был изготовлен специально для его нерадивой жены - молодой шалфейи, чьи поступки вызывали в нем неописуемую ярость. Все что требовалось от нее - покорность, но она не могла похвастаться столь естественным для супруги качеством.
Изо дня в день Ли?сица придумывала новые изощренные способы досадить своему хозяину, ставя под сомнения его статус в его же замке.
Ледяной взгляд ярко голубых глаз устремился на полуобнажённое тело супруги, привязанной к столбу высоко за руки, грубыми веревками стянутые запястья. С нее было сдернуто платье, и ничего не прикрывало груди, и в крылья вплетены тяжелые грузы, обмотанные вокруг туловища ниже лопаток. Изуверские приспособления вдавливали хрупкое тело в неотесанный столб. На спине виднелись незажившие рубцы предыдущей экзекуции.
Лицо хозяина разгладилось в предвкушении действа, еще немного, и в его сознание вольется сладкий нектар, которым он будет кормиться пару недель, пока не представится новый случай утолить голод ненависти к шалфейе.
Хозяин Ульф не стал подходить близко, чтобы поговорить с женой, он уже достаточно унизил ее, оставив на ночь посреди двора, в надежде, что кто-нибудь из кушинов воспользуется возможностью позабавиться с ней, но следов насилия, кроме тех, которые он сам оставил своим кнутом, не было.
Длинные ярко красные волосы слиплись от пота, закрывая окаменевшими сучьями лицо. Голова Лисицы плотно зажата между собственных вытянутых рук.
Черная змея взметнулась в воздух, на долю секунды заслонила солнечный свет над собравшимися.
- Раз, - произнесла толпа.
Крик не последовал за ударом.
- Какого Нуроса! - бешено взревел хозяин, замахиваясь кнутом во второй раз. Тысячи пчел одновременно впились в израненную спину шалфейи, разрывая кожу.
- Два, - считала толпа, уже тише.
Двор опять погрузился в тишину.
Быстрым шагом Хозяин преодолел расстояние, разделяющее его с жертвой. Шалфейя не шелохнулась, оставаясь в том же положении, что и перед поркой. Он схватил ее за волосы и оттянул голову назад, чтобы удостовериться, что она жива и просто терпит, чтобы не усладить его слух пронзительными криками и мольбами. В нос сразу врезался запах Сонной травы - приторно сладкий с примесью цветущего дерева ига. Его лицо исказилось от гнева.
- Кто дал ей зелье? - зловеще прошипел Ульф. Но когда ответа не последовало, он резко развернулся, замахиваясь кнутом на первый ряд зрителей.
- Кто дал ей зелье? - заорал он в толпу, разглядывая лица близстоящих к нему рабов, кушинов и шалфейев.
Он обезумел от злости: некто посмел нарушить его чудно подготовленный ритуал. Одурманенная жена ему не интересна - она не издаст ни звука и не придет в сознание, даже если он надумает пытать ее каленым железом, вытягивая последние соки из изувеченного тела. Действие снадобья пройдет не скоро, к этому времени хозяин сойдет с ума от неудовлетворенности, ничья другая плоть не вызывает в нем столько эмоций, как крики собственной жены о пощаде.
От мыслей об округлостях противоположного пола он поморщился, как от кислого яблока. Безобразные твари с дырой вместо души, умеющие только раздвигать ноги.
Хозяин сложил кнут и заправил за пояс, вытащил нож и разрезал веревки. Шалфейя свалилась на землю.
- Представление закончилось!! - взмахнул свободной рукой Ульф, разгоняя ораву стоящих, все еще напряженно жмущихся друг к другу.
Он выругался и перекинул супругу через плечо.
- Я все равно узнаю, кто опоил вас, госпожа! - зловеще пригрозил хозяин, подкидывая ношу, которая начала неприятно надавливать на ключицу. Порванная юбка Лисицы приоткрыла бедра, исполосованные плетью. Те, кто заметили это - отпрянули, как от огня. Толпа редела, с ужасом глядя друг другу в глаза. Поддержка и сострадание глубоко спрятались в их сердцах из-за страха оказаться на месте хозяйки. Каждый был сам за себя в землях великого жреца. Только шалфейи, равнодушно обмахиваясь от жары, разошлись по своим важным делам, им - немногочисленным аристократам, остановившимся в замке Жреца, все эти представления уже порядком поднадоели.
Ульф сдернул с себя ношу, как только оказался в затхлом подвале замка. Он откинул ее на тюфяк, набитый плесневелым сеном, и, ругаясь, запер узкую темницу на засов. Он не пожалеет даже жены, выслуживаясь перед Богами, пусть всем будет видно на ее примере - не стоит перечить священному слову жреца. Лисица вновь и вновь взахлеб отправляла письма отцу, умоляя, чтобы он забрал ее отсюда. Потом, отчаявшись, уже предпринимала попытки к бегству. Только спустя какое-то время она поняла, что все, что покидает замок, проходит проверку, а письма - строжайшую цензуру. А она была его собственностью и не имела права без разрешения и шагу сделать, не говоря уже о самовольных походах за пределы крепости. Хотя иногда ей удавалось ненадолго выбраться из замка. Но она так и не решалась проделать путь к королевским землям, к отцу, в одиночку. На это бы ей вряд ли хватило сил.
Наивная дурочка, выходя замуж, уверила себя, что, приложив некоторые усилия, сможет занять почетное место в замке, став не только женой духовного главы шалфейев, но и его помощницей. Но она ошиблась в неведении, ее пол - это прислужники Нуроса из снов ее супруга, кошмары, от которых он просыпался в детстве в холодном поту. Не зная материнского тепла и ласки, Ульф вырос в холодных стенах закрытой школы, готовящей служителей божественных правителей быть проводниками между высшей расой шалфейев и богами, передавать их расе наставления и желания из мира их будущей жизни.
Ульф поднялся в большой зал, выискивая глазами Карла. В это время он обычно накрывал на стол. Юный кушин вырос как будто из-под земли - неожиданно, заставив его вздрогнуть.
- Вы меня искали, господин?
- Да, - недовольно бросил хозяин, утаскивая его в супружескую спальню по длинным переходам, ведущим в главную башню.
Карл не сопротивлялся, прекрасно осознавая своё предназначение, и безоговорочно приспустил с себя штаны, перегнулся через кресло, когда Ульф почти игриво шлепнул его по спине.
Ульф нетерпеливо разделся. Сейчас он снимет напряжение, нарастающее с того момента, как Лисица впервые оказалась привязанной к позорному столбу. Она так вырывалась, кусалась и кричала, что заглушился шумный приток крови к голове жреца. Кулаком в лицо он оглушил жену, но ненадолго, через несколько минут крики о помощи разрывали ее глотку.
- Только не ори, - предупредил Ульф и крепко стиснул ягодицы юноше, вонзив в него свою напряженную плоть.
Карл зажмурил глаза, сморгнув навернувшуюся слезу, но не пискнул. Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, как Жрец использовал его тело. Но, как говорил хозяин, за то, что он не сопротивляется и не хнычет, Кутаро примет его с десятками девственниц в вечнозеленых садах.
За резкими движениями последовало тихое постанывание хозяина, чье лицо расплылось в блаженной усмешке. Конечно, это многим наилучшее времяпрепровождение, чем воспитание неблагодарной супруги. Даже мысль о близости с ней вызывала тошноту, впрочем, как и с самой искусной наложницей. Хотя иногда Ульф довольствовался совсем молоденькими кушинами, когда приходили времена жертвоприношений. Из каждой деревни раз в пять лет родители сами присылали дочь-девственницу из расы кушинов, чтобы жрец пронзил ее своих божественным копьем, измазал девственной кровью алтарь. После этого юных красавиц отправляли в закрытый монастырь, где они проводили остаток жизни, молясь супруге Кутаро - Лантане, чтобы вся их раса после физической смерти попала к ней в услужение и наслаждалась всеми радостями боголепного сада.
Жрец оделся, на его сухом лице заиграла улыбка. Хоть что-то прошло сегодня гладко. Юный кушин не раздражал его и каждый раз исполнял, что требовалось, безропотно и молчаливо. Может быть, однажды, Ульф решит отправить его в священную школу, чтобы подготовить достойного последователя веры, способного так же ненавидеть бесстыдниц вроде его жены, как и он сам, за их грязные мысли и порочащие отверстия.
Наследников у хозяина не было, окружающие недоумевали, почему жена до сих пор не могла забеременеть. Несомненно, разрешись она наследником, Ульф подобрел и перестал бы тиранить рабов и слуг замка?
Время ужина ознаменовалось громким урчанием желудка.
Спустившись вниз, хозяин окинул взглядом трапезный зал, новые гобелены, прибывавшие из крепости Ботл, наконец, придали помещению более уютный вид. А ведь жена ни разу даже не старалась как-нибудь украсить мрачный замок, не проявила ни в чем инициативы. Впрочем, ему было наплевать. На стенах зажгли факелы и стянули шкуры животных с окон. Вечер, как обычно, будет жарким, и духота от обитателей замка, шалфейев, кушинов и рабов, заполнивших позже зал, будет невыносимой.
Хозяин пригладил невидимую складку на одежде и, не удержавшись, ухватил за зад проносящегося мимо каменщика, несшего корзину с лепешками, отпустив в его адрес неприличную шутку. Юный раб испуганно забегал глазами по лицу хозяина, но, поняв, что сейчас самое время сгинуть с глаз долой убежал на кухню. Надо бы увеличить налог, в замке нужны рабы больше, чем нерасторопные шлюхи, умеющие только вертеть округлостями.
К большому сожалению Ульфа, при захвате пленников всем каменщикам, в том числе и мальцам, отрубают головы, чтобы они никогда не нашли дорогу в сады Кутаро. Конкуренция и так велика, еще не хватало, чтобы рабы стояли перед входом в сад. Им прямая дорога в мрачные пещеры Нуроса. Однако, сожаление хозяина было вовсе не по этому поводу, а потому что в рабов обращали противоположный пол, тех тварей, которые, по его мнению, должны были вариться в собственном соку еще при жизни.
Жрец потер макушку, уселся в кресло во главе стола, принимаясь за пищу: сочное мясо молодых телят и поросята, приправленные душистыми специями. По подбородку потек прозрачный жир, когда зубы вцепились в большой кусок. После того, как хозяин первым притронулся к еде, за ним последовали вкусить плоды невероятного труда рабов и слуг многочисленные помощники и воины, принесшие клятву пожизненного служения жрецу. Их миссия была не только в этом. Сменяя друг друга, они отправлялись в крепость Ботл, защищая восточную и северные границы земель Шалфей. Редкие, но неожиданные набеги великанов не давали покоя границам, а с севера - тщедушные каменщики норовили подорвать диктатуру наместников могущественной расы шалфейев. Именно из каменщиков, потерявших мужей и отцов в боях, выходили рабыни, разосланные в разные уголки. Больше всего в виде налога поступали они в два замка: Райп и Улей.
- Есть ли новости? - Ульф наклонился к замковому капеллану, сидевшему рядом, залпом опустошая сладкую вишневую настойку из серого кубка, украшенного зеленым знаком дома жреца - весами.
Монахомон отрицательно замотал головой с черной тонкой косичкой на затылке. Он аккуратно обтер рот и продолжил:
- Нет, Господин, мне пока не удалось выяснить, на фермах и в деревнях никто не слышал об этом. Может быть, старик выжил из ума? Почему вы ему поверили?
Ульф причмокнул, высасывая застрявший кусок мяса из зубов. Его серые глаза сузились, мышца дернулась на правой половине лица. Монахомон терпеливо наблюдал за сменяющимся настроением жреца.
- Скорее всего, это лишь сказка, - внезапно простодушно ответил жрец.
Монахомон многозначительно вздохнул, следует быть более внимательным в будущем, в последнее время Верховный жрец стал относиться к нему с подозрением. Было очень трудно перевестись в замок Ульфа, поэтому капеллан старался не лезть на рожон. Именно поэтому и удержался от вопроса, куда запропастилась хозяйка замка. Наверняка она снова в комнате, страдает от очередного приступа удушья. Не так давно он застал ее рыдающей в храме, она залила благовония своими слезами, чуть не вызвав реакцию соленой воды с порошками. Еще чуть-чуть, и произошел бы взрыв.
Конечно, Ульф не узнал. Ни о чем не спрашивая, капеллан просто отвел хозяйку в замок и велел выпить приготовленное им сонное зелье. Не прибегая к помощи рабов, уложил на кровать и, успокаивая размеренной речью, призывал не сопротивляться судьбе, а принять ее дары, какими жестокими они бы ни были.
Монахомон чувствовал себя оторванным от дел в замке Райп, когда покидал его высокие стены, чтобы в очередной раз выслушать шепот о предсказании странствующего Шалфея. Но ясных слухов не было среди жителей земель. Монахамон улыбнулся своим мыслям в кубок с настойкой.
- Я хочу, чтобы завтра ты отправился в крепость Ботл. Если каменщики поднимут бунт, то мне нужно несколько рабов покостлявей, чтобы за еду готовы были выполнить трюки. Проследи, чтобы их сразу не убили.
- Рабыни?
- Нет, - отмахнулся Ульф, - Посмотри, у меня замок ломится от этих бездельниц, ткать из них умеют только несколько, остальные годятся только для подстилок. Никого, даже короля, не заботит, что каждый день мой дом оскверняется этими тварями Нуроса. Но что не сделаешь ради процветания великих земель шалфейев.
Жрец встал и раскинул руки в стороны, и зал погрузился в молчание. Разговоры замолкли, даже куски недожеванной пищи застыли в закрытых ртах.
- Прости нас, великий Кутаро, ты свидетель - я делаю все для блага земель, приношу хвалу тебе, освети же путь невеждам и направь их на путь истинный. Ульф расправил крылья, и обедающие захлопали своими в знак одобрения и подчинения. Преклоняясь перед самым могучим и мудрым жрецом, рабы упали на колени и уперлись лбами в каменный пол.
Все вернулись к поглощению вкусной еды, рабыни не переставали совершать путешествия на кухню за новыми блюдами, подливали вишневую настойку в быстро пустеющие кубки. Ежедневный пир, как обычно, будет продолжаться до глубокой ночи, пока последний не упадет со скамьи и зайдется громким храпом.
Наутро Ульф спустился вниз и наперво выяснил, кто дежурил в эту ночь у узилища жены. Перед уходом вчера он предупредил охранников, что, если она будет опоена опять, то они будут посажены на колы, медленно сползая вниз, а дворовые псы отпразднуют подачку их никчемными внутренностями. Все обитатели замка знали, что жрец слов на ветер не бросает, поэтому, чтобы не уснуть, воины не ели и не пили со вчерашнего дня.
Под страхом смерти они не позволили и мухе пролететь мимо.
Подняв засов, Ульф наклонился и вытащил Лисицу из тесного места заключения. Она в сознании, но было видно, что каждый вздох дается ей с большим трудом. Из-за затхлого и сырого воздуха грудь стянуло паутиной, ладно сплетенной поселившимся внутри пауком.
Он опустился рядом с ней и поднял рукой подбородок. Лисица заскрипела зубами, неосознанно скалясь, обессилено хватая ртом воздух.
- Вы же знали, госпожа, что я не позволю вам никакой вольности. Видите, что вы натворили, сам Кутаро наказывает вас за непослушание мужу. Вас душит ваша собственная своенравность. Видит Кутаро, я стараюсь для вашего же блага, помогая вашей гиблой душе выйти к свету. Я отчаянно сражался с вашей гордыней, спасая вас от самой себя. Чем же вы мне отплачиваете?
Принцесса закашляла, когда попыталась ответить. Перекатилась на живот, приподнявшись на руках. Ульф выпрямился, позволив жене склониться над холодной землей, выплевывая сгустки крови. Его взгляд заскользил по обнаженной спине, где два свежевыгравированных рубца и несколько с прошлых разов образовали на коже занимательные узоры. Он наклонил голову вправо, чтобы полюбоваться своей работой под другим углом.
Такая она ему нравилась - сломленная, израненная, покорная. Ему хотелось усугубить ее трепетные попытки держаться за эту жизнь. Как же он мечтал, что она, наконец, скончается, и история его женитьбы на дочери короля останется в памяти, как неудачная попытка укрепить собственную власть. Нет, о чем это он? Еще не время. Она еще нужна ему живая. Ну, или полуживая. А также обязательства перед монархом несколько подавляли его реальные желания, он мечтал захватить власть над землями полностью в свои руки и направить воинов на поиски свитка. Правление должно перейти в его руки.
Будучи жрецом, он, правда, осторожно относился к убийству, на случай, если смерть его жены не будет угодна Богам. Мараться в ее крови он не хотел еще и потому, что не был до конца уверен в ее полной никчемности. Она, конечно же, умрет, но не сейчас. Ее характер оказался на руку - дерзкая, по его мнению, натура Лисицы давала волю на проявление жестокой заботы. Ульф был добродетелью с плетью в руке и запасом издевательств.
Жрец поддел носком сапога ее голову. Она невольно повела взгляд вверх, пока не встретила его холодные глаза. Ненависть, с которой он смотрел на нее, принесла новый приступ кашля.
Лисица повержена, силы покинули ее еще на рассвете, когда действие отвара приготовленного одной из рабынь перестало действовать. Подарок или насмешка судьбы? Рабыня, захваченная в плен, над которой надругались неоднократно воины крепости, помогала жене жреца шалфейев. Лисица зажмурилась, воскрешая в сознании лицо рабыни: чем-то напомнила ей Афиру, добрую кушину - ходячий мешок из целебных трав. Принцесса решила найти и отблагодарить ее...если переживет сегодняшнюю схватку.
От побоев и постоянных страхов Лисица перестала запоминать что-либо, обороняясь от мира возводя преграду, сумела находить покой в каждой секунде.
- Молчите? Как мне поступить с вами? Точно знаю одно - надо что-то делать с вашим языком. Может, отрезать?
- Я.... - Лисица выплюнула очередной комок крови, - ... больше не могу....
Еле уловимый шелест, вырвавшийся из высохших губ, донесся до уха супруга, и он сам себе улыбнулся. Столь долгожданное признание поражения впрыснуло сгусток тьмы в жестокое сердце. Всего одна фраза и голос Ульфа сделался еще более приторным.
- Я для вас стараюсь, мне не дает покоя мысль, что вы меня за это презираете! Это ведь так, госпожа?
Он знал ответ.
- Истинная правда! - собрав силы, прошипела хозяйка и бессильно упала на живот, судорожно загребая ртом воздух. Но желанное небытие не пришло, а реальность твердо вступила в свои права, не выпуская шалфейю из рук мужа.
-Откровенность... Лгать вы никогда не умели. Но, пожалуй, это единственное ваше достоинство.
Вот она смерть, совсем близко - посланница Лантаны, Лисица ее так ждала, но она вновь отмахивается от шалфейи, как от камня, о который только затупит свой меч, она настороженно смотрит, вздыхает, и снова прячем орудие, ее губы шевелятся: "Еще рано".
Воспоминания о прошлом накатили на Лисицу, и она поблагодарила Лантану хотя бы за возможность вновь увидеть короля и родной дом.
В тот далекий день над королевской крепостью Райп на самой высокой круглой башне отчаянно боролся с ветром зеленый флаг. Завтра к нему подоспеет солнечный с вытканными ветками священного дерева в честь праздника, посвященному великой богине Лантане.
Каждый год после сбора урожая шалфейи и кушины приносили жертву, чтобы отблагодарить требовательную властительницу.
За день до празднования обычно прибывал Верховный жрец - возница из ослепительного металла проходила по густонаселенному городу, спустившись по спинам рабов с кита, прибывшего из далекой священной земли. Для маленькой принцессы стены за замком казались другим миром, который она мечтала увидеть собственными глазами. Фрейлины покойной матери и овдовевший король позаботились, чтобы Лисица никогда не выходила за пределы замка. Ей внушили, что принцессе до замужества негоже выходить даже в город. Она не привыкла задавать вопросы, беспрекословно повинуясь уделу дочери монарха.
В тот день, когда оба флага воспарили над крепостью, Лисица скрылась за очагом огромного камина в тронном зале от кузины, дочери сестры покойной королевы, играя с ней в прятки. Секрет потайной комнаты однажды открыл ей король, когда она немного подросла, чтобы понимать вещи, находившиеся за чертой ежедневной рутины.
Он разбудил ее среди ночи, и, приложив палец к губам, молча взял за руку.
Они отправились вниз, обогнув парадную лестницу, спустились через узкий проход для слуг, на каждом этаже встречая похрапывающую стражу. Они оказались в тронном зале, сонном, как и Лисица. Лунное око подглядывало через вытянутые зеницы окон за блуждающими полуночниками.
Король остановился и опустился на одно колено перед дочерью. Он аккуратно приподнял ее голову за подбородок. Его глаза блестели при бледном свете, в них ураганом пронеслась тоска, которую принцесса увидела впервые.
- Я покажу тебе кое-что, но ты должна хранить это место в тайне, пока не придет время. Ты меня понимаешь?
- А когда оно придет?
- Не скоро, Лисса. Через много лет, ты решишь сама, - намеренно громким шепотом произнес король, отчего Лисица, наконец, проснулась. Она посмотрела на свои босые ноги, боясь еще раз встретить тоскливые глаза отца. В них было столько боли, что она хотела протянуть руку и поскорей вычерпать ее.
- В этом зале есть место, о котором знают только несколько посвященных шалфейев, и я хочу, чтобы ты хорошенько запомнила то, что увидишь сейчас. Ты достаточно взрослая, чтобы запомнить...
Лисица посмотрела на короля и растерянно покачала головой. Король потер лоб, озираясь по сторонам и продолжил:
- Придут времена, когда я не смогу быть рядом, а там - он указал на большой камин -- ты однажды найдешь ответы.
- Но ты всегда будешь рядом!- воскликнула Лисица, не искавшая никаких ответов.
Король приложил палец к маленькому рту, останавливая поток эмоций.
- Тссс. Нас не должны услышать. Смотри внимательно.
Он поднялся с колен и подвел ее к угасающему камину. Помедлив, протянул руку к верхнему краю внутренней стороны очага и вытащил крошечный мешочек из грубой материи.
- Ты видела, откуда я взял это?
Лисица кивнула, озадаченная таинственностью.
-Что это? - не забыв о том, что приказано шептать, спросила она. Король развязал мешочек и вложил в руку дочери.
-Запусти пальцы внутрь... Ярко-красный локон выбился из-под ночного колпака и упал на глаза Лисицы. Она быстро отбросила непослушный завиток и с нескрываемым сомнением посмотрела на осветленную лунным светом половину лица короля.
-Не бойся.
Принцесса протиснула руку в холщовую ткань и вытянула гладкий камень, поднесла его ближе к лицу, чтобы рассмотреть, и ойкнула от неожиданности, когда вспыхнувший уголек выпрыгнул из камина, озарив зал на секунду яркой вспышкой.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Elissei о книге: Ирина Громут-Хавин - Любовь как приговор
    Ооо, прошу прощения у девчонок! Слов(цензурных) нет!

  • Nk27061994 о книге: Алиса Ганова - Отдых с замурчательными осложнениями
    Хорошая задумка, страстные сцены. Такой среднечок. Автор мог бы лучше прописать и персонажей и мир, в котом они развиваются,да и концовку можно было укоротить, зачем описывать внуков, новых родственников... Может я слишком предвзято отношусь к подобного родам книгам? Но тот же самый идеальный ген, там и секса много, но также интересный сюжет, индивидуальность каждого героя, несмотря на жанр гаремной эротики. Видимо это редкость.

  • Tevs о книге: Каролина Дэй - О'кей, шеф
    мода не пройдет на властных кобелей,потому что сейчас мужики стали как женщины... вот женщин и тянет на тестостерон -хоть в книгах)

  • volg о книге: Андрей Белянин - Бесогон на взводе!
    Отлично!

  • win782 о книге: Фархат Юлдашов - Пробуждение
    Решил посмотреть. Всё-таки - что дальше, но

    "На жёлтой, выжженной пустоши, через которую мы шли, воздвигались останки древнего города."

    На этой фразе я сломался

    Воздвигать это строить, то есть получается останки старого города кем-то строились...
    Скорее всего автор решил найти более пафосную альтернативу слову виднелись или возвышались.

читать все отзывы




    
 

© mylibs.net 2009-2020г.    MyLibs.net - Моя книжная библитотека.